Вторник, 23 Янв 2018
You are here: Главная Творчество Книга on-line К 20-летию образования Администрации Сергиево-Посадского района
К 20-летию образования Администрации Сергиево-Посадского района PDF Печать E-mail
Автор: Персианов С.А.   
14.01.2012 01:47
Начало 90-х – время сложное и неоднозначное. Должны пройти десятки лет до того, как эти годы будут уложены беспристрастными исследователями в исторический контекст предшествующих и будущих десятилетий.
Одно не вызывает сомнений. Основная тяжесть реформ легла на плечи местных властей, которые всегда вынуждены маневрировать между  «стратегическими интересами государства» и насущными проблемами жителей городов, поселков, сел…  
События тех лет, фамилии персонажей этой недавней истории оцениваются сегодня противоречиво, неоднозначно. И в моих оценках, наверное, присутствует изрядная доля идеализма. Но…

Первая районная

23 августа 1991 года на здании ЦК КПСС на Старой площади  огромными буквами мелом было начертано: «Дошли!»…
Собственно с этого дня началось строительство новой российской государственности.
Без железного каркаса КПСС советская власть  быстро превращалась в груду развалин. Огромную Россию захлестывала волна безвластия. Советы всех уровней месяцами не могли избрать руководителей исполнительной власти. А там, где депутаты отличались единомыслием, они чуть ли не ежемесячно отправляли в отставку председателей исполкомов и  их заместителей. В городах и селах народные избранники под собственные аплодисменты объявляли муниципальной собственностью недра, водные ресурсы, воздушное пространство… Эту вольницу Советов необходимо было остановить.
Осенью 1991 года Борис Ельцин начал строить исполнительную «вертикаль» власти. Руководителей областей, районов, городов, сельских округов стали назначать «с верху». Исполкомы уступали место администрациям.  
16 октября 1991 Указом Президента РФ Главой Администрации Московской области был назначен Анатолий Степанович Тяжлов.
К декабрю «вертикаль» добралась до местной власти. Первым Главой Администрации Сергиево-Посадского района стал Валерий Степанович Юдаков. В январе 1992 он начал формировать новую команду.          

Головоломка для Валерия Юдакова
Август 1991 года провел окончательную идеологическую межу в обществе, которое непримиримо раскололось на «коммунистов» и «демократов».  Отражением этого раскола была ситуация в Советах народных депутатов, и наш районный Совет (хотя он назывался почему-то городским) был одним из самых сложных: силы «левых» и «правых» разложились здесь примерно поровну. Валерию Юдакову при формировании администрации пришлось решать головоломную задачу: как создать работоспособную администрацию и при этом обеспечить лояльность обеих «фракций» в Совете.
Забегая вперед, скажу, что он эту задачу решил филигранно.   
Формирование районной администрации вызвало бурную дискуссию, как в среде «демократов», так и в среде «коммунистов». Последние считали, что никаких «демократов» в исполнительной власти быть не должно, поскольку «они умеют работать только языком». Но и у самих «демократов» не было единства относительно борьбы за вхождение администрацию.
Очень хорошо помню собрание общественной организации «Обновление», которая по существу была местной партийной ячейкой ельцинской «Демократической России». Председатель «Обновления» и главный редактор газеты «Зеркало» (она была органом «Обновления») Юрий Козлов выступил с оригинальным заявлением. Идея его была такова: ситуация в стране и в районе будет в ближайшее время только ухудшаться, поэтому «демократы» должны воздержаться от предложений В. Юдакова. Он считал, что «обновленцы» должны были хранить политическую девственность, пока не наступит пора процветания. А до этого надо оставаться в оппозиции, критиковать исполнительную власть, сохранять доверие избирателей. Своего шефа поддержал и ответственный секретарь ОПО «Обновление» Сергей Белехов.          
Прямо противоположную позицию заняли Владимир Клименко (заместитель председателя Мособлсовета), Николай Бобылев (председатель комиссии Мособлсовета), Владимир Пономарев (председатель комиссии по экономике горсовета). Я также выступил категорически против «ликвидаторской» позиции руководства «Обновления». Согласно их «платформе», получалось, что мы, в самом деле, способны только болтать.
В конце концов, было принято «соломоново» решение: идти или не  идти в администрацию – это личное дело каждого. Среди демократов победила демократия.         
… Очень хорошо помню момент, когда В.С. Юдаков предложил мне занять должность его заместителя по образованию, здравоохранению и культуре. Это было в  здании Администрации области на Старой площади (бывшее здание МК КПСС). Мы вместе вышли с какого-то совещания (я был депутатом Мособлсовета и работал заместителем председателя комиссии по науке, образованию и культуре), Валерий Степанович закурил и совсем неожиданно (у него это здорово получалось) спросил:
    Алексаныч, пойдешь ко мне заместителем?
Я, не раздумывая, ответил:
    К Вам – пойду.
Он по-мужицки обнял меня.
… Позже я понял, что не должен был вот так просто соглашаться. Когда я написал заявление об увольнении из Мособлсовета, меня пригласил А.С. Тяжлов и объяснил, что такие решения без команды не принимаются. Он сказал, что мне надо идти вверх, а не вниз, и предложил должность первого заместителя руководителя комитета по образованию Московской области (теперь это министерство)  с перспективой назначения руководителем через год-полтора. Я ответил, что хочу работать «на земле». Он обозвал меня чудаком (правда, первая буква была другая) и отправил из кабинета.       
Предложения от В.С. Юдакова получили также «демократы» Николай Бобылев (на должность первого заместителя) и Владимир Пономарев (на должность председателя комитета по имуществу в ранге заместителя).
Здесь следует сделать некую оговорку. Все трое «демократов» были выходцами из той же партийной номенклатуры. Николай Бобылев был секретарем одной из крупнейших в районе партийных организаций – НИИ химического машиностроения. Владимир Пономарев занимал на этом же предприятии важную идеологическую должность руководителя социологической лаборатории. Я имел опыт работы в ГК ВЛКСМ, в отделе пропаганды и агитации ГК КПСС, три года проработал директором школы. То есть все мы  к тому времени уже были профессиональными управленцами. То есть нам не пришлось осваивать азы аппаратной работы.
Когда «формирование кабинета» было закончено (а каждого кандидата утверждал городской Совет, в котором тогда было 200 депутатов), Глава района собрал новоиспеченных заместителей в зале заседаний, где был накрыт стол. За этим столом собрались люди совершенно разные, иногда «не очень любящие друг друга» (мягко говоря), но им предстояло стать единой командой…  Заведующему общим отделом Администрации Евгению Шатохину в тот вечер пришлось несколько раз уходить на поиски алкоголя, так как разговора по душам долго не получалось.


Консерваторы и реформаторы
Идеологические противоречия начались на первом же заседании коллегии Администрации. На нем мы убедились, что паритет «левых» и «правых» в руководстве администрации в точности отражал ситуацию в Совете.  
Понятно, что трое выше упомянутых «новеньких» составили крыло реформаторов. Консерваторов представляли Антонина Каминская (заместитель по экономике), Владислав Кашин (заместитель по транспорту и дорожному хозяйству), Иван Коток (управляющий делами). Еще три заместителя – Геннадий Евдокимов, заместитель по строительству и ЖКХ (несколькими годами позже он был убит киллером), Ольга Сидорова (заместитель по социальной защите) и Владимир Савенко (заместитель по сельскому хозяйству) – были идеологически нейтральны, поэтому по разным вопросам занимали то реформаторские, то консервативные позиции.
Естественно, внутри такой администрации были серьезные противоречия по всем вопросам – от земельных до культурно-образовательных. Но в центре политических битв была идеология приватизации. Антонина Каминская считала, что приватизацию следует осуществлять целиком отраслями, чтобы не нарушить управляемость. То есть она предлагала приватизировать как единые комплексы Загорский торг (почти все магазины и оптовые базы), Трест столовых (все предприятия общепита), ГПУ БОН (все предприятия бытового обслуживания), ПТО ГХ (все предприятия коммунальной сферы)… Ее поддерживали все, кроме трех «отмороженных» демократов. (Валерий Юдаков никогда сразу не проявлял собственной позиции: он внимательно слушал, задавал вопросы, рассуждал, вслух взвешивал «за» и «против»).  
Мы жестко отстаивали точку зрения, что «укрупненная» приватизация приведет к монополизму и отсутствию конкуренции. Поэтому предлагали приватизировать не отрасли, а отдельные объекты – магазины, рестораны, ателье, и так далее. Это сразу создало бы конкурентную среду.
Понятно, что наша позиция затрагивала интересы крупных чиновников в Москве, а также интересы мощного теневого бизнеса, который бурно сливался с растущими криминальными структурами. Ведь при «укрупненной» приватизации торга, треста столовых и пр. огромные имущественные комплексы переходили бы в собственность совсем небольшой группы лиц. При нашем же варианте приватизации у каждого объекта появлялся свой собственник (в большинстве случаев собственниками становились трудовые коллективы магазинов, ресторанов, аптек, и.т.д.). Поэтому были и угрозы, и травля в прессе, и попытки заведения уголовных дел…
Но мы отстояли свою позицию, что дало мощный толчок развитию малого бизнеса в нашем районе. По динамике развития малого и среднего бизнеса в начале 90-х район занимал лидирующие позиции в Московской области.
Конечно, на приватизации кто-то и у нас изрядно «погрел руки». Но я знаю точно, что уровень «прозрачности» и открытости приватизации в нашем районе был гораздо выше, чем во многих других территориях. Это, кстати, подтверждает сегодняшняя структура местного бизнеса: никто из предпринимателей  не получил явного преимущества за счет первой волны приватизации (1992-1995 годы).
А все основные болезненные проблемы, порожденные процессом приватизации того периода, имели отношение к приватизации областной и федеральной собственности, где было гораздо меньше открытости и публичности. (Например, при приватизации Трикотажной фабрики в составе приватизированного имущества оказалось общежитие, где проживало около 100 работников фабрики и членов их семей. Эта проблема до сих пор не решена).              
Истины ради, следует отметить, что позиция реформаторского крыла в первой районной администрации почти всегда перевешивала. Сказывались два фактора. Во-первых, энергетика более молодых «реформаторов». Во-вторых, их политический вес: Николай Бобылев и я были областными депутатами.           
Но по мере работы мы становились все-таки единой командой. Идеологические противоречия постепенно нивелировались, и немалую роль в этом играло чувство юмора, которым, слава Богу, были не обделены ни «левые», ни «правые». Как-то мы ехали на выездное заседание коллегии, и с дороги была видна большая кирпичная коробка дома, который уже несколько лет строил Владимир Савенко (до администрации он работал директором совхоза). Указывая на этот дом из окна автобуса, Владислав Константинович Кашин громко сказал: «Савенко, когда мы вернемся к власти, там будет детский сад».          

Шоковая терапия

В начале 1992 года правительство Егора Гайдара (хотя формально пост Главы правительства принял на себя Борис Ельцин, а Гайдар был его заместителем) начало радикальные экономические реформы. Ситуация развивалась с катастрофической быстротой. На глазах росли цены, деньги превращались в бумажки, начали обрастать долгами предприятия научно-промышленного комплекса, совхозы, птицефабрики… Сейчас уже мало кто помнит, что почти вся коммунальная и социальная инфраструктура в районе принадлежала предприятиям. Котельные, сети, водозаборные узлы, электроподстанции, медсанчасти, детские сады, Дворцы и дома культуры, спорткомплексы, бани и многое другое содержались предприятиями за счет их собственных доходов. Большинство школ свои хозяйственные проблемы также решали за счет своих «базовых предприятий». Но – самое главное – 90% жилого фонда было на балансе предприятий и обслуживалось их жилищно-коммунальными отделами.
И началось… Угрозы отключения тепла и электричества, отсутствие топлива для машин «Скорой помощи» и предприятий жизнеобеспечения, проблемы с расчисткой дорог и уборкой бытового мусора, отказ от обслуживания «не своих» работников медицинскими учреждениями, отчислении «чужих» детей из детских садов, появление  безработицы, расформирование жилищно-коммунальных отделов предприятий… Сотни людей ежедневно обращались в администрацию, поступали десятки сотен писем и жалоб… А каждый новый день приносил новую серьезную проблему.
В администрации не было никакой охраны, в коридорах «Белого дома» толпились сотни людей, двери кабинетов практически не закрывались. Особенно много людей шло к Ольге Васильевне Сидоровой (она вела социальную защиту) и ко мне (медицинская помощь, ясли, детские сады, школы…) У меня до сих пор стоит в глазах молодая отчаявшаяся женщина с малышом на руках, а за ее подол пряталась девочка лет пяти… Сквозь рыдания она говорила, что готова оставить детей прямо здесь - в кабинете - и бежать на работу. Ее детей  накануне исключили из детского сада (она работала не на «том» предприятии), мужа у нее не было, и она со дня на день могла лишиться работы, так как не с кем было оставить детей… Конечно, такие вопросы мы решали мгновенно административным давлением. Но подобные случаи уже были массовым явлением, и нам приходилось срочно искать системные решения этой и других проблем.
Надо признать, что начало 90-х – это было еще и золотое время для «городских сумасшедших». Пороги администрации десятками обивали «поэты», «режиссеры», «целители», «изобретатели», «ученые»… Невесть откуда взявшиеся в нашем городе «казаки» совместно с батюшками-неформалами периодически устраивали молебны в приемной Главы.   Все терпели… Понимали, что слишком долго копилась эта разнородная энергия в обществе, поэтому теперь она изливалась на новую власть всем своим разнообразием.       
К этому стоит добавить, что процесс принятия решений районной властью был крайне затруднен. Принципиальные решения (а они в тот период почти все были такими) должны были согласовываться или утверждаться Советом депутатов. Глава района и каждый из заместителей десятки раз поднимались на трибуну и защищали свои предложения, проекты перед «необъятной» аудиторией депутатов, усиленной общественными активистами.
А как вам такой, например, факт? С 1990 по 1993 год Совет депутатов отменил более 200 постановлений Главы района. И это считалось рабочей ситуацией, никто из администрации не вздергивал театрально руки…   
Наряду с «антикризисным управлением» необходимо было проводить целый ряд глубоких реформ, за что жестко спрашивали по вертикали. Разделение собственности с государством, приватизация, земельная реформа, создание фермерских хозяйств, переход на обязательное медицинское страхование…            
Сергиево-Посадский район первым в Московской области начал принимать в муниципальную собственность жилой фонд и коммунальную инфраструктуру от предприятий, на ходу создавая новую муниципальную структуру управления районным жилищно-коммунальным хозяйством…  
За весь период «шоковой терапии» не было допущено ни одной чрезвычайной ситуации, ни на один день не нарушалась работа по жизнеобеспечению жителей района.

600-летие блаженной кончины преподобного Сергия
Должность председателя комитета по культуре я планировал предложить Сергею Бокову, директору ККФ «Тонус», Николаю Хохлову, директору Хотьковской музыкальной школы, Галине Субботе, тогда заместителю С. Бокова в «Тонусе». Обсуждали это назначение все вместе. Пришли к выводу, что наиболее целесообразным будет, если «культуру» возглавит Галина Суббота, но при этом договорились работать все в тесном контакте. Это был март 1992 года.    
Как раз в 1992 году Русская Православная Церковь отмечала 600-ю годовщину блаженной кончины преподобного Сергия Радонежского. Церковную комиссию возглавлял Митрополит Крутицкий и Коломенский Ювеналий. Вплоть до марта это мероприятие планировалось как внутрицерковное.
Но мы решили, что район не должен оставаться в стороне, что мы должны попытаться существенно приподнять духовную и культурную планку в районе, опираясь на эту дату. Буквально в течение пары дней мы набросали предложения в программу торжественных мероприятий, и я представил их митрополиту Ювеналию в его резиденции в Новодевичьем монастыре. Неожиданно для меня владыка полностью принял нашу программу.
В результате все торжества прошли в Сергиево-Посадском районе с 7 по 11 октября. Эти дни были насыщены самыми разными мероприятиями – открытие первого детского муниципального приюта в г. Хотьково, закладка камня на месте будущего памятника преподобному Сергию на Красногорской площади, публичные молебны в Лавре и в Радонеже, масштабная реконструкция Куликовской битвы на Блинной горе (пожалуй, самое масштабное подобное мероприятие в истории  района – с конницей, огромным количеством актеров, при громадном стечении жителей города). Все пять дней в Сергиевом Посаде был и принимал участие во всех событиях торжеств Патриарх Алексий II. Об уровне этих мероприятий говорит тот факт, что в них принимали участие Вице-Президент РФ Александр Руцкой, министры РФ, депутаты Верховного Совета РФ, губернатор Московской области, многие деятели культуры и искусства, иностранные гости.
После мероприятий такого масштаба, проведенных безукоризненно со всех точек зрения, к Сергиево-Посадскому району и в области, и в федеральных структурах сложилось особое отношение. Мы получили доступ почти в любые кабинеты. При этом даже с федеральными министрами часто общались на уровне заместителей Главы района – таков был авторитет районной администрации. По своему опыту могу сказать, что меня по телефону без лишних вопросов соединяли с министрами культуры и образования РФ.
Проведение этих мероприятий стало примером конструктивного и творческого взаимодействия местных, областных и федеральных властей, Русской Православной Церкви и бизнеса. Организацию всех культурно-массовых событий и техническую поддержку осуществляла культурно-коммерческая фирма «Тонус» (Сергей Боков), хотя правильнее сказать, на успех работала единая творческая команда, в которую входили и чиновники, и предприниматели, и священнослужители, и коллективы предприятий.            
Среди множества непростых эпизодов в этой совместной работе был и такой. За пару недель до торжеств оргкомитет «инспектировал» все объекты. Последним из них была Церковь Преображения Господня в Радонеже. В это время в храме шли реставрационные работы, и все внутренние помещения храма были в лесах. Митрополит Ювеналий после осмотра вынес такое решение: леса необходимо разобрать. Настоятель храма отец Нектарий чуть не решился дара речи: это огромный труд и огромные деньги. А как потом восстанавливать?
Владыка Ювеналий уловил смятение священника и произнес:
    Что же – Святейший в лесах служить будет?!
На помощь отцу Нектарию, находившемуся на грани инсульта, пришел Николай Федорович Бобылев. Он очень аккуратно возразил:
    Владыка, а ведь получается очень символично. Патриарх служит в возрождаемом храме, в лесах. Лучшего символа возрождения всей Русской Православной Церкви не придумаешь…   
Его тут же поддержала вся светская часть комиссии.
    Оставляем, - согласился Владыка, - в этом, правда, что-то есть.
Услышав это, отец Нектарий чуть не умер окончательно. Теперь от счастья.

Национальная природная и историко-культурная территория «Радонежье»
Среди множества проблем, с которыми пришлось столкнуться первой районной Администрации, была и проблема возвращения Лавре помещений, которые долгое время занимал на ее территории историко-художественный музей-заповедник.  
Эта проблема тоже приобрела всероссийский характер: против вывода музея с территории Лавры выступили многие выдающиеся деятели культуры, директора ведущих музеев России.
Администрации района удалось перевести решение этой проблемы в принципиально иную плоскость. Мы попытались представить эту проблему не как конфликт Лавры и музея, а как проблему сохранения национального духовного и культурного наследия.
В результате в октябре 1992 года появилось совместное Распоряжение Президента РФ и Председателя Верховного Совета РСФСР «О Троице-Сергиевой Лавре и сохранении национального историко-культурного наследия на территории Сергиево-Посадского района Московской области». Текст этого распоряжения готовился в нашей администрации, а «пробивали» его подписание вице-губернатор Московской области Анатолий Долголаптев и народный депутат РСФСР от нашего района Александр Коровников. На основании этого распоряжения из федерального бюджета были выделены деньги на восстановление комплекса «Конный двор» и подготовку его для размещения экспозиций музея. В этом же Распоряжении впервые было признано на государственном уровне, что Сергиево-Посадский район имеет особое значение в сохранении историко-культурного наследия России. Этим документом была создана Правительственная комиссия для подготовки Положения «О Национальной природной и историко-культурной территории «Радонежье».

Время созидания
90-ые были еще и временем созидания, временем реализации идей и проектов, которые не могли быть воплощены прежде, когда партийно-бюрократический каток добросовестно равнял интеллектуально-творческий рельеф общества. Не буду говорить о бизнесе, который весь – и криминально-олигархический и вполне здоровый – зародился именно тогда.
В первую администрацию района влились десятки профессионалов- интеллектуалов, которые не только быстро разгребали развалины рухнувшей в одночасье системы, но и осмысленно воздвигали несущие конструкции будущего муниципального дома. Анатолий Андреев, Галина Суббота, Елена Сидорова, Павел Верин, Владимир Прокопенко, Константин Бочаров, Валерий Шестеряков (увы, ушедший из жизни, когда ему было чуть за 30 лет)… Сегодня трудно себе представить, что на совещаниях в Московской области представителей Сергиево-Посадского района «поднимали» исключительно для того, чтобы поделиться успешным опытом, рассказать, как можно и нужно решать проблемы на местах.
С 1992 по 1995 год (напоминаю, какое это время было) в районе построены пристройки (по площади – не уступающие основным зданиям) к школам № 16 (Скобяной пос.), № 21 (Северный пос.), Краснозаводская №5 (пос. Новостройка). Из руин было восстановлено здание гимназии №1, которая сегодня входит в число лучших учебных заведений России, проведена реконструкция здания бывшей школы №3, где разместился филиал Индустриального Университета.
Это был период «возрождения» в сфере архитектуры. Благодаря таланту и патриотизму главного архитектора района Виктора Журавлева в Сергиевом Посаде появился ряд уникальных зданий, которые были органично включены в исторический архитектурный контекст города (здания «Уникомбанка», банка «Возрождение», ряд частных домомвладений).
Были открыты новые муниципальные учреждения – несколько начальных школ, детский приют «Надежда», социальный центр «Семья», детский дом в п. Бужаниново, детский эстетический центр «Наследие», Центр авторской песни, муниципальный оркестр «Ретро», Фонд развития образования… К этим же годам относится начало традиций проведения в районе муниципальных балов, студенческого Татьянина Дня, Дня выпускника щколы, встречи Главы района с выпускниками-медалистами… Был начат ряд проектов федерального уровня – «Реальное училище», «Земский Университет», научно-внедренческая лаборатария В.Ф. Базарного  …

Послесловие
Написание этого материала совпало по времени с началом процесса формирования нового гражданского и культурного самосознания в России. Внешне сегодняшние события очень похожи на то, что происходило в начале 90-х. Но есть ощущение, что это более глубокие и более фундаментальные процессы. И мне кажется, именно сегодня очень востребована в нашей муниципальной власти (районной, поселенческой) та профессиональная и творческая атмосфера, что царила в первой районной администрации.
9
9 9
8
8 8
7
7 7
6
6 6
5
5 5
4
4 4
3
3 3
2
2 2


Сергей Персианов
январь 2012